Евгений МЯСНИКОВ («Аргументы и Факты»)

Борьба с допингом в большом спорте всегда, а особенно в последнее время, носила лицемерный характер. Когда закон нарушают процентов 90 из тех, на кого он распространяется, противоборство с беззаконием превращается в откровенный фарс.

Не догнать…

ДОПИНГ-контроль по списку запрещенных (а следовательно, опасных для здоровья) средств и методов на сегодня стал принципиально невозможен. Еще несколько лет назад в год появлялось 3–4 новых препарата, и можно было успеть разработать и сертифицировать методы обнаружения, включить в список и отследить применение во время соревнований. Сейчас прогресс в науке привел к тому, что за год создается 200–300 новейших препаратов. Это могут быть инъекции, таблетки, капсулы, ингаляции, порошки, аппликации. Сегодня, например, большой популярностью пользуется пластырь, через который в кожу поступают микродозы гормональных препаратов. Эксперты предсказывают, что лет через пять появится совсем уж экзотическая форма: искусственные вирусы — переносчики генетического допинга.

Теоретически нет препятствий для создания искусственного вируса, который, например, будет вырабатывать у человека высокий уровень гемоглобина в крови. Это способствует лучшему насыщению мышц кислородом и приводит к значительному повышению выносливости. Существующие методы допинг-контроля этот вирус не обнаружат. Как в течение долгого времени они не могли обнаружить приводящий к такому же эффекту и широко применяемый спортсменами генно-инженерный препарат эритропоэтин (ЭПО). А еще совсем недавно невозможно было обнаружить пришедший на смену обычному ЭПО производный от него, но более мощный препарат последнего поколения — дарбепоэтин. Именно он содержался в допинг-пробах испанского лыжника Иоханна Мюллега, а также наших гонщиц Ларисы Лазутиной и Ольги Даниловой, взятых во время зимней Олимпиады в Солт-Лейк-Сити. Громкие скандалы последней Олимпиады превратили лыжников в своего рода персон нон грата. Но… Как можно поверить в то, что Лазутина и другие пойманные на допинг-пробах использовали запрещенные препараты, а остальные — нет? Просто этим остальным повезло — они не попались…

На износ

Я НЕ РАЗ разговаривал на тему допинга с известным специалистом, доктором медицинских наук, профессором Сергеем Португаловым. «Любой медик знает, что в фармакологии нет понятия „полезный“ или „вредный“,— подчеркивал Сергей Николаевич.— Все решает доза. Если комплекс препаратов, которые под видом восстановителей легально используют спортсмены при больших нагрузках, дать обычному человеку, он станет инвалидом. Но принимать какие-либо средства бесконтрольно, когда дозу определяет не врач, а тренер,— преступление.

Спорт высших достижений не имеет ничего общего со здоровьем. Это, если хотите, эксперимент, на который люди идут сознательно. И вопрос, каким образом человек может поднять в толчке 300 килограммов или установить очередной мировой рекорд в беге на 100 метров, интересует всех: ученых, производителей экипировки и оборудования, телевидение. И, естественно, фармакологов. Если бы МОК вкладывал хотя бы часть средств, идущих на борьбу с допингом, в подготовку таких специалистов, от этого выиграли бы в первую очередь сами спортсмены».

Элитные атлеты из разных стран убедились на собственной шкуре: нагрузки в большинстве видов спорта таковы, что работа без помощи запрещенных фармакологических препаратов наносит их организму больший вред, нежели побочные явления от употребления этих препаратов. Так что бешеные гонорары за рекорды и победы, которыми сам же МОК провоцирует спортсменов на употребление допинга,— не что иное, как лечебное пособие на восстановление подорванного нечеловеческим напряжением организма.

Запрещать людям уродовать свой организм никто в современном обществе не имеет права. А это значит, что современное общество просто должно им помочь, узаконив допинг, который все равно будут принимать. Но вывести это нужно в цивилизованное русло, когда медицина и впрямь будет помогать спортсменам справляться с колоссальным напряжением и запредельными на сегодня нагрузками.

Безусловно, с теми средствами, которые действительно угрожают жизни спортсменов, бороться нужно. К группе препаратов повышенного риска специалисты относят такие, как стрихнин, психостимуляторы амфетаминовой группы, стероиды и гормоны роста в юношеском возрасте, инсулин. Но сражаться со всем существующим перечнем запрещенных препаратов, который уже включает несколько десятков тысяч,— бессмысленно. Ведь в сложившейся ситуации в список допингов можно включить вообще все, что так или иначе стимулирует достижение результата,— и что тогда? Спортсмены будут болеть, получать жуткие травмы, преждевременно уходить с арены и из жизни. А сам спорт высших достижений потеряет всякий смысл.

---